Землю попашет, попишет стихи. Тайные смыслы аграрных праздников

Собрав урожай, человек готов думать о высоком — тайных смыслах аграрных праздников, русского земледелия и политики садов. Историк и журналист Алексей Асланянц объясняет в колонке для «Огорода», как была устроена карта важных для крестьянина дат. 

У крестьянина такая жизнь, что смену времен года игнорировать невозможно. Его стыдят, что он смотрит себе под ноги, высоким не интересуется, но на самом деле наоборот: он строит жизнь по небу — по солнцестояниям и равноденствиям. Отмечает эти дни как праздники, только они не для веселья. В сознании крестьянина праздник — это рискованная точка перехода, которую нужно обезопасить ритуалом. И свадьба в этом смысле не очень отличается от похорон, у них даже обряды похожи — там много плачут. За начало года крестьянин почитал зимний солнцеворот. Святки — время от Рождества до Крещения — приходятся как раз на этот перелом. В сочельник, вечером 6 января, пекли блины, медовые оладьи, постные пироги с грибами и картошкой, делали каши и кутью. Со следующего дня молодежь шла по дворам колядовать — выкрикивать величания хозяевам и требовать угощения. Хозяева давали еду, потому что колядующие могли пожелать им урожая и приплода скота, а могли, если им ничего не вынесли, — неурожая.

В день Василия Великого, которого крестьянин сделал покровителем свиней — Василием Свинятником, — те, кто мог себе позволить, готовили поросенка. По новому стилю это 14 января, старый Новый год. Еда, солнце, огонь — это все единая связка в голове человека, который живет
от урожая до урожая и зависит от капризов природы. Его изобилие на столе — ритуальное, оно не от жадности. И чучело Масленицы сжигали не просто так: пеплом посыпали поле, чтобы дать ему аванс от костра как от проекции будущей летней силы солнца. Среду на четвертой неделе Великого поста называли Средокрестьем. В этот день пекли хрестцы — хлебцы с изображением тринадцати снопиков ржи. Хрестец хранили до посева, чтобы положить его крошки в землю или скормить лощади, впряженной в плуг.

Архаичная аграрная логика причин и следствий, переносов по смежности и ассоциации — особая тема, ее нам, материалистам, объясняли великие умы от Владимира Проппа и Ролана Барта до Никиты Толстого, но она все равно смущает. В ней мир делится на верх и низ (которые, впрочем, могут меняться местами). Верх — это небо, солнце. Птицы тоже там. Они возвращаются не потому, что тут пришла весна и пригрело солнце, а чтобы эту весну с солнцем принести, это услуга с их стороны, о которой надо хорошо попросить. Поэтому в марте пекли птиц из теста: грачиков — на Евдокию Капельницу (14 марта) и Герасима Грачевника (17 марта), а 22 марта, на Сорок Сороков (день памяти сорока мучеников Севастийских), — жаворонков, тетерок и всякую другую летящую живность. 

7 апреля бросали в небо птиц живых. Пушкинское «На волю птичку выпускаю при светлом празднике весны» — о Благовещении. Это, наверное, самое красивое с современной точки зрения переплетение смыслов в сознании русского крестьянина: крылья архангела, голубь на фресках в храме, Непорочное Зачатие, несущие солнце птицы. По народному календарю Благовещение — день, когда Бог открывает землю для пахоты и сева. 

Сочиво на Дмитриевскую субботу

На 4 порции
Зерна пшеницы ................... 1 ст.
Мак .......................................... 1 ст.
Грецкие орехи ..................... 1 ст.
Изюм ................................... 1/2 ст.
Курага ................................. 1/2 ст.
Мед .................................... 2 ст. л.

Пшеницу замочите на ночь в холодной воде, чтобы она  разбухла. Утром промойте несколько раз, пока вода не станет прозрачной, —
тогда крупа получится рассыпчатой. Варите в воде на маленьком огне в пропорции 1:2 около полутора часов (зерна не должны начать лопаться).
Мак замочите на полтора часа в неполном стакане кипятка, изюм с курагой — на 15 минут. Орехи чуть прокалите на сухой сковороде и поломайте руками на крупные кусочки. Все быстро и аккуратно перемешайте, добавьте мед и перемешайте еще раз.

В пушистых комочках на ивовых кустах — вербе — крестьянин тоже видел сообщения с неба. Он заменил ею пальму, ветками которой люди приветствовала Христа, когда тот въезжал на ослике в Иерусалим. Логика такая: верба — это что-то с неба, а оттуда приходит не только тепло, но и опасность в виде молнии. Поэтому веточки освященной вербы хранили весь год как защиту от молнии и пожара — свой своего не обидит. Этой вербой выгоняли скот на первый выпас в день Егория Вешнего, 6 мая. Егорий — это Георгий Победоносец, который на иконах копьем (крестьянин читал — «молнией») побеждает змея, то есть опасность из символического низа. Речь идет о символах, то есть о совокупности смыслов, которые сложным образом сливаются в одном образе. Не об аллегории, у которой смысл только один. Аллегории изобилия вроде фонтана «Золотой колос» на ВДНХ в сознании крестьянина не было. Пасха для него была многозначным праздником верха. Сверху светит солнце и пробуждает посеянное, поэтому на Крестный ход иконы окунали в зерно.

День Святой Троицы, который в XV веке ввел Сергий Радонежский, быстро превратился в один из самых любимых праздников русской деревни, потому что пришелся на те дни, когда издавна справляли Семик (седьмой четверг после Пасхи) с его дохристианскими обрядами, связанными с почитанием растительной силы. Символом выбрали березу — как первое дерево, покрывающееся листвой. Березовыми ветками на Семик украшали дома, в лесу выбирали одно молодое дерево, наряжали его, срубали, торжественно вносили в деревню и пировали под ним. Эта березка стояла три дня, до Троицы, а затем ее уничтожали: бросали в поле ржи, чтобы та лучше уродилась.

На этом основные весенние авансы силам плодородия считались уплаченными, и наступало время пожинать плоды. Сначала — дикие. На Ивана Купалу, 7 июля, собирали травы, а девушки прыгали через костер. Это, по логике переноса «солнце — огонь», считалось профилактикой бесплодия.
Дальше начиналась страда, когда все нужно делать быстро и правильно. Каждый день, отмеченный именем святого, был назначен для определенного дела, и график старались не сдвигать.
В Петров день, 12 июля, начинали сенокос. В Ильин день, 2 августа, в средней полосе жали озимые. Первый сноп, «зажиночный», наряжали и ставили в доме под образа. Когда наступит время обмолота, его обработают первым, зерна освятят в храме и примешают к житу, посевному материалу на следующий год.

На август приходятся знаковые для сбора даров природы дни. 14 августа, в Медовый Спас, или Спас-на-воде, освящали колодцы и водоемы, купали в освященной воде коней, несли в храм первые соты. На юге освящали мак и ели пироги с ним, там это Спас-маковей. 19 августа, в Преображение, южные славяне освящали виноград, восточные — яблоки, это Яблочный Спас. На севере холодно даже для яблок, и их заменили горохом. В Сибири во время второго Спаса начинался ход рыбы. Жатву заканчивали до второго Спаса, дожиночный сноп — «именинник» — несли в дом. Последний пучок колосьев на поле не срезали, украшали и пригибали к земле — как аванс на следующий год. День после Успения, 29 августа, это Хлебный Спас, с него можно начинать печь хлеб из зерна этого года. К Воздвиженью, 27 сентября, надо было заквасить капусту. 

В Покров, 14 октября, первый раз топили печи и кормили тельных — беременных —коров зерном из снопа-«именниника». Начинался сезон свадеб, который шел до Дмитриевской субботы, когда навещали могилы родственников. Они — в земле, следовательно, влияют на урожай, и им приносили сочиво (кутью)и блины. На этом цикл замирал до момента, когда уже прилично было напомнить солнцу, что пора возвращаться. 

Иллюстрация: Ксения Гурченкова. Фото: Ирина Полярная