Вместе с Дмитрием Жиляковым, начальником управления отраслевой экспертизы Россельхозбанка, разобрались, что едят на Дальнем Востоке и сколько это стоит.
Еще два года назад в супермаркете Владивостока или Хабаровска житель европейской части России удивился бы трижды. Во-первых, отсутствию привычного многообразия в категориях fresh: свежие молочные или мясные продукты представлены были довольно скудно, о шести-семи видах томатов не стоило и говорить. Во-вторых, дефициту привычных брендов. И, наконец, ценникам: в стоимость каждого стаканчика подмосковного йогурта был заложен билет на самолет. Но продуктовая корзина дальневосточного покупателя стала улучшаться, что говорит о трансформации агробизнеса и компаний по переработке продуктов питания.
Дальний Восток — крупнейший по территории, но наименее населенный макрорегион России. Низкая плотность населения и недостаточный уровень развития современного ретейла сдерживали реализацию потенциала агропромышленного комплекса этого региона. Локальный продовольственный рынок можно разделить на три условных сегмента. Первый — это Забайкальский край, Республика Бурятия и примыкающая к ним Иркутская область. Второй — это Амурская область, Хабаровский и Приморский край. Третий сегмент — это местные анклавные рынки отдаленных регионов с их сложной логистикой.
Отсутствие мощного ретейла десятилетиями сдерживало масштабный рост производства пищевой продукции, локальные сети на 10–30 магазинов просто не могли создать канал сбыта, достаточный для крупных инвестиционных проектов. Таким образом, местные производители были зажаты периметром своих каналов сбыта. А федеральные инвесторы смотрели в ту сторону без энтузиазма: рынок мал (в лучшем случае — единицы процентов в обороте компании). Для активной экспансии лидерам индустрии нужно было бы привлекать значительные управленченские и инвестиционные ресурсы. В итоге выходило намного сложнее и дороже, чем то же самое на европейской территории или в Сибири, где легче масштабироваться.
Однако в последние два года структура рынка постепенно меняется. Началось с открытия в марте 2023 года двух первых супермаркетов «Пятерочка» во Владивостоке. Событие спровоцировало подзабытое явление — очереди в продуктовом магазине. О важности его можно было судить по уровню гостей: одним из тех, кто перерезал ленточку, был заместитель председателя правительства Приморского края Николай Стецко. Но открывать всего пару магазинов не было бы смысла — спустя два года у федерального ретейлера был уже 141 в Хабаровском крае, 83 в Приморском и восемь в Еврейской автономной области.
Важным этапом станет запуск в октябре 2025 года первого мультитемпературного распределительного центра X5 Group в Хабаровском крае. Этот хаб площадью 49 тысяч квадратов способен обрабатывать до 75 тысяч тонн продукции в месяц, что должно обеспечить расширение торговой сети во всех ключевых областях Дальневосточного федерального округа. Планы, по словам топ-менеджмента, более чем амбициозные: открывать по 150 магазинов ежегодно в течение ближайших четырех лет и к 2030-му довести число супермаркетов в регионе до тысячи.
Обещанный хаб стал драйвером новых цепочек поставок и стимулом для привлечения инвесторов, готовых строить производство ради работы со стабильной сетью. Эксперты прогнозируют, что это подтолкнет развитие дальневосточной индустрии, в первую очередь локальных игроков — тех, кто уже обладает нужными компетенциями и понимает специфику рынка. Птицефабрика «Агроптица» в Приморском крае уже расширила для работы с новым каналом сбыта линейку охлажденного мяса бройлеров. ООО «АгроИнвест» в Благовещенске наращивает поставки в сеть мясной продукции. Крупнейшие приморские молочные хозяйства, такие как «Гринагро», вышли в основные поставщики fresh-продуктов и йогуртов для региональной линейки.
Только в магазинах Хабаровского края и Приморья сейчас представлено более 185 поставщиков именно из региона. В молочной гастрономии их доля превышает 85%, а в свинине и мясе курицы — 90%. Однако чтобы говорить о полной самообеспеченности, этого недостаточно.
ДОРОГО — НЕБОГАТО
Самообеспеченность в ДФО ниже уровня доктрины продовольственной безопасности (данные 2024 года): овощи — 47% (норма 90%), молоко и молокопродукты — 51% (норма 90%), мясо и мясопродукты — 37% (норма 85%), фрукты и ягоды 7% (норма 60%). По яйцам и яйцепродуктам разрыв не менее заметен: 62% против 98%. Это значит, что в каждом супермаркете половина ключевых источников белка и витаминов — это импорт или товары, проделавшие путь в тысячи километров. Дальний Восток сегодня критические зависим от привозных овощей, молочных продуктов, мяса.
Часть поставок закрывает импорт. До 50% фруктов и молочной продукции едут из КНР, весной и осенью тепличные огурцы и помидоры в супермаркетах Владивостока и Благовещенска родом из пограничной китайской провинции Хэйлунцзян. В Китае же закупаются ингредиенты для пищепрома: например, используемые для ускоренного откорма птицы и скота.
По итогам 2024 года объем поставок продовольствия в макрорегион официально превысил 977 млн долларов (+13% к прошлому году). Привозные продукты ощутимо дорогие, это приводит к тому, что стоимость продуктовой корзины в Магаданской области вплотную подошла к 12 000 рублей, в Хабаровском крае она составляет 9500 рублей, на Чукотке — рекордные 16 690 рублей, притом что в Москве можно питаться, по оценке Росстата, на 8700 рублей, а в среднем по России — на 7300 рублей в месяц. При таких ценах неудивительно, что в структуре расходов дальневосточников на питание приходится до 52%. У них самая дорогая потребительская корзина в России. Что же именно в ней лежит?
Молочные продукты с короткими сроками хранения — редкость, потому что местного мало, большая часть поставляется из других регионов и дорожает на ходу.
Мясо (особенно охлажденное) тут едят на 5–10 килограммов в год меньше, чем в центральных регионах. Его всегда привозили из других регионов России в замороженном виде. А это означает транспортные издержки и сезонность. Зато по рыбе Дальний Восток — безусловный рекордсмен: до 35–40 килограммов в год на жителя против 19–21 в других федеральных округах.
Овощи и фрукты — в значительной части импортные, даже такие простые, как томаты, огурцы и яблоки.
Все это — потенциальные точки роста для агропроизводителей на местах. Нарастить мощности индустриальных теплиц, запустить новые молочные комплексы и птицефабрики — единственный шанс для региона обеспечить себя и повысить долю локального продукта на полках хотя бы до уровня Сибири и Урала. По экспертным оценкам, минимальный объем необходимых инвестиций — 112 миллиардов рублей.
Самым масштабным направлением выступит овощеводство закрытого грунта. В Приморье уже есть сильный игрок — ГК «Лотос», который имеет потенциал для роста объема производства. Новые мощности можно запустить в Бурятии или Хабаровске, а также в Амурской области. Точками притяжения инвестиций выступят проекты строительства бройлерных производств и молочных комплексов, модернизации пищепрома.
Доказано, что, как только в супермаркете появляется охлажденная котлета с гарниром или удобный fresh-продукт, рынок сразу прибавляет обороты. В ДФО рынок готовой еды существовал даже до прихода больших сетей за счет развитой ресторанной индустрии, а теперь, после захода «Пятерочки», рост ускорился. Крупные игроки в сегменте производства продукции категории ready-to-eat только появляются, впрочем, и в общероссийском масштабе эти предприятия сформировались как класс только в период пандемии.
НАКОРМИТЬ КИТАЙ
Потенциал аграрного рынка ДФО с точки зрения экспорта огромен. По официальной статистике, на рыбу и морепродукты приходится порядка 76% всего агроэкспорта региона. Еще 12% формируют масличные культуры, прежде всего соя и продукты ее переработки, и этот сектор быстро наращивает поставки, осваивая современные стандарты логистики и хранения. В Амурской области строится завод группы компаний «Содружество», еще несколько проектов пока находятся в спящем режиме: ждут удачного временного окна для запуска.
Экспорт fresh-продукции только начинает формироваться как отдельное направление, однако в ближайшие годы ожидается его ускоренный рост. Главный зарубежный партнер — Китай: по экспертным оценкам, в зоне 700 километров от границ ДФО проживает свыше 54 миллионов человек — в несколько раз больше, чем на всем Дальнем Востоке России. Потенциал экспорта при развитии производств и увеличении мощности логистики оценивается уже в 10,5–11 млрд долларов (почти в полтора-два раза выше нынешних значений).
Однако спектр fresh-экспорта ограничивают инфраструктурные барьеры. Структура потребления свежей продукции в Китае отличается от российской: по последним исследованиям, около 50% fresh-товаров в Китае продается через «магазины у дома», 30% — через онлайн-платформы и лишь 20% — через классическую розницу. Для российских поставщиков это означает смену стратегии — нужно выходить в новые каналы, развивать доставку, партнериться с локальными операторами.
Несмотря на то что у российской продукции, с точки зрения китайских потребителей, есть особая ценность (она считается более экологически чистой), для массового выхода на рынок КНР есть и серьезные административные барьеры — прежде всего ветеринарная сертификация.
В общем, несмотря на красивый экспортный потенциал и растущий спрос в Китае и Юго-Восточной Азии, широкомасштабный выход на зарубежные рынки требует технологических, инфраструктурных и нормативных изменений и переосмысления самого подхода к fresh-сегменту.
Впрочем, это все долгосрочные изменения, импульс которым был дан в последние два-три года. Стартовавшая агромодернизация в ДФО — шанс для местных производителей быстро и стабильно давать продукт под большие масштабы. Постепенно доля привозной продукции в молочной, мясной и овощной корзине начнет снижаться.
Пока же Дальний Восток остается регионом-парадоксом: главный рыбный стол страны, который вынужден завозить самые обычные продукты из Сибири или Китая.
Здесь на кухнях соседствуют стейки из горбуши, пельмени из оленины и китайские яблоки. Однако власти и бизнес прилагают все усилия для того, чтобы уже в ближайшее десятилетие на этом столе было и местное молоко, и свежее мясо, и простой русский помидор — не дороже, чем во Владимире или Костроме.
Фото: Unsplash